Огненная змея



Открытия биохимиков очень хорошо согласуются с теорией Ониани. С ней вообще согласуется много фактов, для истолкования которых приходилось только увеличивать число гипотез. Она без труда объясняет, например, почему мы не просыпаемся через час или через два после того, как легли спать, и почему больше всего снов снится нам под утро. Ее сторонников не удивляет и тот парадоксальный факт, что продолжительность ночного сна нисколько не зависит от информационной насыщенности дня. Если же еще и маленькие пептиды окажутся тем фактором сна, о котором говорит Ониани, тогда на свои места станет почти все.

Ониани утверждает (и с ним трудно не согласиться), что гомеостатическая теория не отменяет ни одной из других теорий сна и ни одной из них не противоречит. Отдыхать от бодрствования - не значит бездельничать: ведь и отдыхая от сна, мы не просто не спим. У каждой фазы своя забота, и все отделы мозга работают во сне. Будучи формой жизни и занимая у нас целую ее треть, сон просто обязан был взять на себя все задачи, о которых говорят приверженцы любой из его теорий. «Может быть,- говорит Ониани в одной из своих популярных статей, кое-кому и покажется, что в конечном выводе нашей теории строгая наука уступает место обыкновенному здравому смыслу. «Отдых от бодрствования» - что это такое? То ли дело «переработка информации» или «синтез ДНК». Но разве скомпрометировал себя здравый смысл? Да и как иначе выразишь такое сложное понятие, обнимающее и биосинтез, и упорядочивание информации, и работу гормональных желез, и синхронизацию биоритмов, каким предстает перед нами сон, этот антипод и вместе с тем союзник бодрствования, сохранивший в себе, как и бодрствование, память о тех далеких временах, когда оба они были просто покой и просто активность - две главные формы вечной жизни».

С таким же еретическим здравомыслием и без всякого трепета объясняет гомеостатическая теория и происхождение сновидений. Быстрый сон по этой теории - страж всего сна, а весь сон - страж гомеостаза, то есть вместе с бодрствованием - страж всей жизни. Согласно той же логике, сновидение - это страж быстрого сна, первая ступенька в иерархии стражей. Идея эта, как сказано выше восходит к Фрейду. Но Фрейд не знал о существовании быстрой фазы, так что физиологам второй половины ХХ века пришлось внести в его теорию сновидений некоторые дополнения. Ведь им теперь яснее виден физиологический механизм зарождения сновидений, который во времена Фрейда был неизвестен.

Появление тета-ритма знаменует собой оживление центров эмоций. Рождается псевдопотребность, требующая удовлетворения. Но нет ничего коварнее этого псевдо! «Просидите полдня в меланхолической позе, отвечая на вопросы томным голосом, и вас охватит настоящая печаль»,- говорит Уильям Джемс, доказывая, что в сфере эмоций не действие следует за чувством, а чувство за действием. Здесь, возможно, происходит то же самое: действие, то есть прилив напряжения, взбаламучивает всю эмоциональную сферу, и прежде всего память чувств, которая, как всем известно, сильнее памяти рассудка, а посему весьма неохотно расстается с неисполнившимися желаниями, с неразрешенными конфликтами - с целым сонмом неудовлетворенных потребностей, только и ожидающих, как бы придать абстрактному напряжению конкретную форму.


Продолжение…